Жребий брошен - Страница 57


К оглавлению

57

Напротив путников в строй врезались десять смолевников — первых четырех тут же подняли на копья. От удара тяжело нагруженных коней строй дрогнул и отступил на полшага. Копья дотянулись до тех, кто двигался во втором ряду, сбив с седла еще двоих, — ответные уколы пробили мертвые тела легионеров, однако пользы не принесли. Уцелевшие смолевники отхлынули — четверо всадников и столько же лошадей с пустыми седлами. Слева в строй влетело трое всадников, и каким-то чудом все трое смогли уйти назад, а среди легионеров упал один, лишившийся головы. Его место тут же занял воин из следующей шеренги. Справа атаку завершил только один лихой вояка, и, прежде чем погибнуть, могучим ударом копья проломил щит легионера во втором ряду, раздробив тому грудь и позвоночник. Да, во многих местах тяжелая конница завершила свою атаку и даже выбила кое-кого из плотного строя мертвецов — но этот толчок растопыренными пальцами не смог заставить легионы дрогнуть и отступить, не говоря уже о том, чтобы их опрокинуть.

— Электрическая сила! — Олег схватился за саблю, прикусил губу. Там, перед фалангой, среди груд окровавленных, бьющихся в предсмертных судорогах, ржущих от боли в переломанных ногах лошадей то тут, то там поднимались, покачиваясь, люди. Оглушенные, помятые — но живые! Обсидиановые стрелы калечили только скакунов — броня была им не по зубам. И потому большинство смолевников остались целы, несмотря ни на что. Они еще могли вернуться, снова подняться в седло, снова собраться для плотного удара. — Если они уйдут, нам придется тоскливо. Проклятье, мы должны их добить! Первый, второй, третий легионы, приказываю… Вперед!!! И-и, шаг! И-и, шаг!

Фаланга качнулась, двинулась по пустоши, ощетинившись копьями и через шаг сверкая лезвиями клинков в щелях между щитами. Многие из смолевников, поняв, что их ждет, кинулись бежать. Но некоторые оказались слишком помяты, оглушены, а некоторые — слишком отважны, чтобы спасаться. Они обнажали мечи, пытались вытащить окровавленные щиты из-под конских туш, наскакивали на сомкнутый строй — но с таким же успехом загнанный в угол волк мог бы пытаться укусить боевой танк. Легионы накатывали, и воины Раджафа неизбежно оказывались под ногами наступающей фаланги.

— Смотри, колдун, опять конница! — вытянул руку Ксандр. — Только она не на нас скачет. В сторону куда-то…

— Само собой, — оглянулся ведун. — Мы оторвались от задних легионов. Тех, которые фланги прикрывают. Раджаф хочет зайти нам в тыл. Сейчас поправим. Первый, второй, третий легионы, приказываю… Стоять! Сомкнуть строй! Сейчас, теперь поправим сзади, закроем щель. — Олег несколько раз качнул пальцем, вспоминая номера подразделений. — Четвертая манипула, приказываю: вперед!

— Колдун, они близко! — с тревогой предупредил кормчий.

Действительно, легкая конница, опустив пики, неслась во весь опор, а между спинами первого легиона и щитами четвертого все еще оставалась прореха почти в триста шагов.

— Колдун, колесницы! — в голос закричал Любовод. — Сюда скачут… Нет, туда же! Влево!

— Электрич… — запнулся Олег, оценивая обстановку.

В лоб первому легиону мчалась россыпь из нескольких десятков колесниц, и ему же во фланг метились не меньше тысячи легких всадников — целая лавина!

— Сейчас уда-арят!!!

— Левый фла-анг! И-и-тха!!!

Два левых ряда фаланги повернулись навстречу коннице, сомкнули щиты, опустили копья.

Конница, не снижая скорости, повернула чуть-чуть левее. Туда, где за спинами первого легиона оставался широкий, ничем не защищенный проход. Действительно, зачем всадникам разбиваться о стену и напарываться на копья, если можно безопасно зайти сзади и порубить воинов со спины в то время, когда колесницы станут сминать их спереди?

— Электрическая сила! Четвертый легион, вперед! Пятый легион, и-и-тха!

Пятый легион, успевший выстроить стену от кустарника до спин третьего, повернул влево, зашагал с правого фланга на левый, торопясь закрыть брешь, но явно не успевая. Четвертый тоже никак не успевал спасти положение, дойти до спин своих товарищей. Всадники уже влетали в смертельно опасную для армии Аркаима щель, уже метились копьями в прикрытые одной мешковиной спины.

— А-а-а! — взвыл от отчаяния ведун. — Первый легион! Аат-тха!

Послушные приказу мертвецы послушно подняли копья, подтянули щиты, развернулись спинами к подлетающим колесницам, опять сомкнули щиты и опустили копья.

В считанные секунды ситуация изменилась кардинально. Легкая, несущаяся на рысях, почти беззащитная конница оказалась зажата меж двух ощетинившихся копьями стен из щитов, причем стены быстро смыкались. Третья, точно такая же стена катилась им навстречу.

— Смываемся! — Олег рванул поводья и пустил коня с места в галоп. Так получилось, что его спутники тоже застряли в самом центре ловушки.

Конницу Раджафа могло спасти только одно — бегство. Но конница не трактор, заднюю передачу не включишь. Дана команда: «Вперед!», — значит, нужно идти вперед. И задние ряды, не видя происходящего с первыми шеренгами, продолжают напирать, пока вместе с ними не опрокинут врага, либо пока вместе с ними не разобьются об этого врага насмерть. Всадники уже не помышляли о нападении и погоняли коней, надеясь спасти свои жизни. Тем более, что шанс оставался: повернуть вправо за четвертый легион, выскочить из капкана между смыкающимися стенами, и уйти, уйти, уйти…

Колесницы, запряженные парами, с длинными шипами на колесах и таранами в виде бараньих голов на дышлах врезались в спины первого легиона, сминая и калеча мертвых воинов. От ударов дышла головы легионеров отлетали, как набитые волосом мячики, и катились по земле. Зомби падали под подковы коней, шипы на колесах подбивали им колени. Но времена Древнего Египта давно прошли, воинский строй стал слишком плотным — и, даже ударив в спину, колесницы завязли в человеческой массе, не пройдя и половины. Возничие торопливо рубили головы направо и налево — однако и зомби, призванные убивать врагов, тоже отвечали ударом на удар. Причем мертвецов вокруг было намного больше, а от обычного быстрого и точного укола копьем они не умирали. Первый легион превратился в месиво, потерял большую часть воинов — но он смог перемолоть полсотни колесниц и сохранил плотный строй в две шеренги со стороны тыла.

57